«И рыба двигала паровозы»: транспортный вопрос и топливный кризис 100 лет назад в Оренбуржье



Боевые действия времен Гражданской войны продолжались с 1917 до 1922 года. За это время государство было истощено экономически и демографически. Последствия революционных трансформаций как социально-политического явления проявились во всех аспектах жизни населения. Рассказывает Анна Шеремет, главный архивист отдела публикации и научного использования документов ГБУ «Оренбургский государственный архив социально-политической истории»

Кардинальным образом изменилось социально-политическое и экономическое устройство Российского государства как в центральной его части, так и на периферии. Территория Оренбургской губернии не стала исключением, хотя здесь был ряд специфических особенностей. Удаленность от промышленного центра страны и наличие плодородных земель определили аграрную специализацию экономики губернии, постепенно сориентированную на экспорт зерна и скота. Во многом экспортный вариант торговли местным зерном стал возможен благодаря появлению железнодорожных путей сообщения в последней трети XIX – начале XX вв., тем самым Оренбуржье включилось в железнодорожную сеть государства.

Четких границ между фронтом и тылом не было

В Оренбургской губернии в годы ведения боевых действий четких границ между военным фронтом и тылом не было. Бои велись за продовольственные склады, промышленные предприятия, населенные пункты, топливные и сырьевые ресурсы, железнодорожные станции и мосты.

Рассматривая процесс восстановления разрушенной промышленности, сельского хозяйства и торговли в Оренбуржье, можно сделать вывод о прямой его взаимосвязи с восстановлением непрерывного сообщения на железнодорожном транспорте. Данные процессы начинаются последовательно и идут параллельно, в чем нам помогают убедиться документы ГБУ «Оренбургский государственный архив социально-политической истории».

Так, в циркулярном письме секретаря ЦК РКП(б) Е.Д. Стасовой всем уездным комитетам РКП(б) Оренбургской губернии от 7 мая 1919 г. отмечается, что:

«…железные дороги имеют сейчас исключительную важность в деле снабжения продовольствием голодных центров [для] подвоза необходимого сырья и топлива для фабрик и заводов, передвижения частей войск, воинских и эвакуированных грузов. Между тем, железнодорожный транспорт по целому ряду причин не стоит на должной высоте. Одной из причин является нахождение в рядах железнодорожников и рабочих, но особенно служащих, порядочного количества ненадежных, большей частью несознательных, а иногда и определенно враждебных советской власти людей».

Железнодорожным Чрезвычайным комиссиям приходится неустанно наблюдать за безопасностью транспорта, охранять его от всяких покушений и сознательной порчи, с другой стороны — от внутреннего саботажа. Для выполнения этих задач надо много сил. Поэтому ЦК РКП(б) предлагает уездным и губернским комитетам партии, «…во-первых: не отзывать работников из отделений ЧК железнодорожного и водного транспорта без санкции окружных транспортных отделов; во-вторых: по требованию последних усиливать ЖЧК необходимым числом лучших и надежных товарищей».

Из архивов Оренбургской области

На помощь оренбургским железнодорожникам были присланы коммунисты из других регионов страны. Об этом говорится в протоколе № 44 общего собрания коммунистов и сочувствующих первичной партийной организации Оренбургской железной дороги от 30 октября 1919 г.:

«Центр, учитывая положение Оренбургских мастерских, то, что в них мало рабочих рук, послал сюда эвакуированных, большей частью коммунистов, с той целью, что коммунисты своим примером в работе и агитацией заставят работать и всех рабочих. И вот, исходя из этой телеграммы, товарищ призвал всех коммунистов напрячь всю энергию, поднять производительность как в мастерских, так и в депо. Эвакуированные из-за неимения теплой одежды и обуви не выходят на работу. Управлением приняты меры к доставке обмундирования, ко всем тем, кто умышленно под предлогом неимения одежды и обуви уклоняются от работы, будут приняты самые суровые меры и за дни прогула ни в коем случае уплачено не будет».

Из дальнейших прений выяснилось, что коммунистам дорог этот вопрос. Некоторые товарищи указали на дефекты здесь в г. Оренбурге — на то, что благодаря нераспорядительности или саботажу пшеница, например, грузится на платформы. Паровозы, выезжая под поезд, не имеют дров. Поезда составляют по 12 часов, а то и целыми сутками. Когда паровоз выходит из депо, то дежурный по станции отдает распоряжение о выкидке или о прицепке к поезду нескольких вагонов. Так, в Кувандык был послан целый эшелон с мастеровыми и паровозными бригадами, которые за неимением там дела и работы были снова привезены обратно в Оренбург. Указали также и на то, что воинские поезда, в частности кавалерия, перебрасываемая на Южный фронт, стоят по 6 суток на промежуточных станциях. Словом, товарищи нарисовали картину довольно-таки безотрадную о положении Оренбург-Ташкентской и Орской железных дорог.

Санитарное состояние было тяжелым 

В телеграмме главкома Красной Армии С.С. Каменева начальникам железнодорожных служб от 13 мая 1920 г. отмечается тяжелое санитарное состояние железнодорожных станций:

«Поступают донесения, что проезжающие эшелоны выбрасывают навоз, мусор и разные отбросы во время стоянки поезда на станциях, уже очищенных и приведенных [в] должное состояние, вновь их загрязняют, не считаясь совершенно с острым недостатком рабочих рук и героическими усилиями работающих. Подобная необязательность красноармейцев граничит с распущенностью или преступным отношением [к] своим же товарищам, [что] недопустимо. Предлагаю отдать категоричное распоряжение, чтобы чистка вагонов производилась исключительно во время движения поездов людьми эшелона, которым при отправке внедрять в сознание важность исполнения настоящего приказа. Безжалостно применять кары».

«И рыба двигала паровозы»

Но подчас случались поистине анекдотичные случаи в работе железнодорожников. Так, в газете «Смычка» от 10 ноября 1927 г. была опубликована статья М. Кочетова «И рыба двигала паровозы», в которой описан подобный случай:

«В 1919 г. после отступления белых банд из г. Оренбурга нам пришлось под руководством т. Федоточева восстанавливать разрушенное полотно ж.д. и мосты. Работа кипела. Мост, взорванный бандами около ст. Донгузская, был восстановлен в течение недели.

Сознавая, что каждая минута нашей работы есть смертельный удар контрреволюции, мы шли к г. Актюбинску. Заняли город, а в нем не было ни полена дров. Паровозы стояли безмолвно. Рабочие с тоской бродили между паровозов, считая своим долгом оживить их.

Сознание этого долга не давало рабочим предаваться унынию, призывало к находчивости. Топлива не было, а оно необходимо. На ст[анции] в это время находился целый состав сухой рыбы (лещей). Это было для нас находкой: мы совместно с нач[альником] отделен[ия] Шестопаловым и комиссаром Черниковым предложили немедленно на руках сделать маневры, чтобы часть вагонов с рыбой подать в депо для топки паровозов. Вагоны были поданы, и два паровоза быстро вышли из депо на парах.

С какой радостью и восторгом встретили их эшелоны красных бойцов, застрявших на станции с замершими паровозами. Этими двумя паровозами, отапливаемыми сухой рыбой, перекинули на фронт несколько эшелонов, усилив этим фронт и ускорив победу.

Таким образом, сухие лещи спасли положение на фронте, утолив собою голод железного коня, заставив его двигаться и служить Октябрю».



Отправить ответ

Войти с помощью: 
avatar
  Подписаться  
Уведомление о