В ведущей французской газете «Фигаро» опубликовали статью об Оренбурге

Заместитель главного редактора ведущей французской газеты «Фигаро» Арно де Ла Гранж, посещавший Оренбург в начале октября, опубликовал в минувшие выходные целую полосу, посвященную оренбургским корням классиков французской литературы – Жозефа Кесселя и его племянника Мориса Дрюона. 

Благотворительный фонд «Евразия» предоставил публикацию в переводе Игоря Багно без сокращений.


РЕПОРТАЖ

ПО РУССКИМ СЛЕДАМ КЕССЕЛЯ

Арно де Ла Гранж, специальный корреспондент в Оренбурге

Именно в Оренбурге – городе на реке Урал – находятся семейные корни Жозефа Кесселя и его племянника Мориса Дрюона, чей 100-летний юбилей отметили в этом году в России. Здесь, в степях между Европой и Азией, «Жеф» питал свое воображение и делал свои первые пробы пера – порой в трепетном, порой в суровом стиле.

Здесь бескрайние земли Азии встречаются с более упорядоченными землями Европы. Река их разделяет, но смешивает во время паводка, унося понемногу земли с каждого берега. Подвесной мост в Оренбурге храбро перешагивает Урал. На его конструкциях путник, куда бы он ни направлялся, всегда может прочесть, на какой континент он вскоре ступит.

На азиатском берегу в красках русской осени покоится лес. Это – единственная яркая нотка в округе. Повсюду вокруг взгляд погружается в бесконечность степей. Именно здесь у семьи Жозефа Кесселя по материнской линии была дача, рубленная из окрестных лесов. В то время не было моста, и чтобы добраться до центра города, где располагался их главный родовой дом, реку пересекали на пароме. Совсем юным, он постоянно перебирался с одного берега на другой. Вырастая вот так между двумя мирами, его внутренний духовный мир не мог стать посредственным.

Круглый стол в библиотеке им. Крупской

Кессель никогда не скрывал того, насколько те годы на окраине Европы стали для него временем просвещения и возмужания. Насколько они повлияли на него самого и на его литературный стиль, подчас столь нежный, а иногда и очень суровый.

«Здесь полностью был заложен фундамент моего русского образования. Оренбург – это казаки, караваны из Афганистана, – признался он как-то в интервью французской газете «Экспресс». – Дачи и летние дома стояли прямо в степи. Персонажи Достоевского, Пушкина, Толстого, Чехова продолжали жить здесь своей провинциальной жизнью…».

Жизнь, тем не менее, была не только красочной: евреям в царской России приходилось непросто.

Одежда из Европы и меха из Азии

Когда в середине XVIII-го века Оренбург был построен, его главной целью было создание крепости посреди степей, на границе империи. К рыночной площади стекались сартские караваны, торговцы-киргизы. Связки верблюдов здесь пересекались с тройками, казакам приходилось пробивать себе путь через пестрые толпы народа. Устремленные в небо минареты отражались в золотых куполах церквей. Огромный по размерам караван-сарай носил удивительное название – Меновой Двор.

«Без труда можно представить, в какое удивление, в какой восторг приводили подобные поразительные картины семилетнего ребенка, который только что приехал из Франции, – признавался Кессель. – Было такое впечатление, что меня поместили в декорации среди каких-то выдуманных персонажей, которыми руководит некий чудесный и добрый сказочник». Эти три года, с 1905 по 1908, сформировали воображение писателя, особый вкус к сильным личностям и мощным державам*. Без Оренбурга не было бы таких замечательных романов, как «Дикие времена», «Всадники» и «Яванская роза».

В то время у семьи Леск был магазин, что-то наподобие «Бон Марше» в Париже, но только в степях. В нем можно было найти одежду из Европы и меха из Азии, все необходимое для хозяйства и дома, кожи, свечи, – все, что могло бы пригодиться в повседневной жизни в этих новых землях. На полках виднелись товары от более чем восьмидесяти поставщиков. Слоган магазина был «Шик, блеск – магазин Леск». Сеть магазинов была открыта в Уфе, Ташкенте и даже в Самарканде, на юге. В наши дни магазина больше нет, но сохранилось огромное здание с бутиками и кофейнями.

Раиса Леск, мать Касселя, хотела вернуться в Россию. Уехав однажды учиться медицине в Монпелье, молодая девушка встретила там доктора Шмуэля Кесселя, выходца из еврейской семьи родом из Литвы. Беременная вторым ребенком, она хотела, чтобы семья вернулась в домашний комфорт после нескольких суровых лет в еврейском поселении в Аргентине, где родился Жозеф. В Оренбурге, большой каменный дом семьи Леск соседствовал с собором, на пересечении улиц Дворянской и Инженерной. Ни того, ни другого уже нет, оба унесены – один временем, другой – ненавистью Сталина. В нескольких кварталах отсюда сохранилось здание из желтого и синего кирпича, где доктор Леск принимал пациентов.

«Часть моей крови отсюда»

Так в Оренбурге родился второй ребенок в семье Леск – Лазарь – никто иной, как отец писателя и академика Мориса Дрюона. Красивый как бог и талантливый актер театра, он покончил с собой в возрасте двадцати одного года. Трагедия, которая оставила глубокую рану на уже огрубевшей коже Жозефа. В России имя Дрюона знают лучше, чем Кесселя. Его сага «Проклятые короли» была переведена и издана неоднократно – официально, и не только.

«Во время Советского Союза, был недостаток во всем, в том числе и в книгах, – рассказывает Рустам Галимов из фонда “Евразия”. – Существовала система обмена. Вы приносите двадцать килограммов макулатуры и получаете талон на покупку одной книги в магазине. Так многие открыли для себя Дрюона». Дрюон был для них таким литературным памятником. Когда он встретился с Владимиром Путиным в Москве, все были удивлены, что он еще жив: «Мы думали, что он современник Александра Дюма»…

Оренбург вновь открыл для себя Кесселя и Дрюона в начале 2000-х. Случайно.

«Читая старые газеты начала прошлого века, я наткнулась на рекламу доктора Шмуэля Кесселя с указанием времени для посещения и предлагающего скидки для малоимущих», – вспоминает Алла Прокофьева.

Преподаватель зарубежной литературы в Оренбургском университете, она была знакома с творчеством Кесселя. Совпадение в фамилии ее заинтриговало. Со своей дочерью Викторией, преподавательницей в Санкт-Петербурге, они находят биографию и мемуары писателя и переводят их. Сближение состоялось.

Морис Дрюон

Несколько лет спустя, в 2003 году, его племянник Морис Дрюон путешествует по Евразии. Его сопровождает уроженец Оренбургского края Виктор Черномырдин, ставший премьер-министром в правительстве Бориса Ельцина после долгого периода руководства всей газовой промышленностью страны. Вне всякого сомнения, вкус к словотворчеству был общей чертой Черномырдина и Дрюона. Черномырдин славился этим в России. Ему принадлежит такая удивительная и такая русская фраза: «Хотели как лучше, а получилось как всегда…». Для Дрюона это путешествие было насыщенным эмоционально, здесь родился его отец, который совсем рано ушел из жизни. Он рассказывал об этом в «Фигаро», в емкой статье под названием «Возвращение в Оренбург».

«Часть моей крови отсюда, я отправлялся в путешествие, как в одно из последних паломничеств, перед тем, как покинуть этот мир», – пишет он в возрасте 90 лет. Его не станет шесть лет спустя. – Все, что казалось мне легендой из рассказов Жозефа Кесселя в детстве, стало реальностью».

Известный французский писатель был удивлен интересом россиян к истории, культуре, наследию. В особенности в Оренбурге.

«Возможно, это жизнь на задворках империи, закрытой для иностранцев вплоть до 1991 года, сделала оренбуржцев настолько привязанными к их прошлому и к мельчайшим деталям из их собственных воспоминаний?»– этот вопрос он задал себе тогда.

Такое впечатление складывается и сегодня. Игорь Храмов – истинное тому подтверждение. Президент Оренбургского фонда «Евразия», он привязан к идее возродить каждый момент славы из прошлого своего города. Он вспоминает о своих чувствах во время приема Дрюона в 2003 году: «это писатель, чьи романы сопровождали становление целого поколения в Советском Союзе». Бывший в то время губернатором Алексей Чернышев – он принимал Дрюона в Оренбурге – вспоминает о нем, как о человеке, «несомненно обладающим глубиной литературной мысли, но также и необычайной свободой». Иначе говоря – имеющим иной взгляд на «вектор развития» России времени Путина.

В честь столетия со дня рождения Дрюона Игорь Храмов организовал серию мероприятий в Москве и Оренбурге. По этому случаю Почта России выпустила памятный почтовый конверт, посвященный писателю, тиражом в миллион экземпляров. Храмов знает и о других моментах истории, когда его город соприкасался с литературой. Так, в 1833 году Пушкин посещал Оренбург в течение двух дней, коротких, но плодотворных. Писатель нашел материал для книги о бунте Пугачева «Капитанская дочка». Великий Толстой останавливался здесь на два дня, когда железная дорога была проложена вплоть до Оренбурга. Виктор Серж был сослан сюда Сталиным в 1933 году. С другой стороны, город знаменит и другими примерами национальной славы. Именно в Оренбурге космонавт Юрий Гагарин получил образование военного летчика, здесь же он встретил свою будущую жену.

Игорь также возглавляет издательство, в котором вышел первый перевод на русский язык книги Кесселя «Сибирские ночи».

«Мы включили в издание офорты Александра Алексеева, известного иллюстратора русского происхождения, который эмигрировал во Францию и работал с Жозефом Кесселем над оригинальным изданием 1928 года, – рассказывает Елена Багно, переводчица произведения. – Это противопоставление в очередной раз подчеркивает многочисленные связи, переплетения между двумя нашими культурами».

Эти связи между Россией и Францией прочитываются в видеоролике, показанном Игорем Храмовым во время мероприятия в Оренбурге. Дрюон рассказывает в нем об истории сочинения «Песни партизан», напоминая о том, что гимн французского Сопротивления был создан тремя людьми русского происхождения: слова – им и его дядей Кесселем, музыка – певицей, уроженкой Санкт-Петербурга Анной Марли (ее настоящее имя Анна Бетулинская). Во время своей речи во Французской Академии, готовясь занять кресло герцога де Ла Форс, Жозеф Кессель задал вопрос мэтрам о том, отдают ли они отчет своему выбору, заменяя им предшественника, имя которого прочно вписано в историю Франции.

«Кого вы выбираете? – спросил он. И сам ответил – русского по происхождению, – добавив, – к тому же еще и еврея».

*отрывок из фундаментальной биографии Ива Куррьера: Жозеф Кассель, по следу льва. Издательство «Плон», 1985 г.

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ

Поделитесь новостью на своей странице в соцсети

⚠ Сделайте «Оренбургскую неделю» основным источником в Яндекс.Новости ⚠

Отправить ответ

Войти с помощью: 
avatar
  Подписаться  
Уведомление о