Вид на Караван-Сарай

50 жемчужин Оренбурга: Караван-Сарай

Архитектурный ансамбль Караван-Сарая, безусловно, является одним из наиболее впечатляющих памятников архитектуры Старого Оренбурга. Известный краевед, архитектор и историограф Оренбурга В.В. Дорофеев назвал Караван-Сарай символом города. А в Башкирии наш Караван-Сарай называют не иначе как «святыня башкирского народа».

«Отдельно стоящее грандиозное здание своей редкой и чудной постройкой приковывает глаз», – писал немецкий исследователь Теодор Базинер, совершивший в 1842 году путешествие в Хиву через Оренбург.

«Солнце только что закатилось, когда я переправился через Сакмару, и первое, что я увидел вдали, это было розового цвета огромное здание с мечетью и прекраснейшим минаретом. Это здание называется здесь Караван-Сарай, недавно оно воздвигнуто по рисунку Брюллова», — так отзывался о нашем памятнике архитектуры великий украинский поэт Тарас Григорьевич Шевченко, прибывший с конвоем в ссылку в Оренбург летом 1847 года.

«Очень интересен Караван-Сарай. Это прекрасное здание с превосходным архитектурным памятником посредине…», — отмечал нарком просвещения Анатолий Васильевич Луначарский, посетивший Оренбург в 1929 году в поездке по Среднему Поволжью.

«Все, кому пришлось посетить Оренбург, в своих высказываниях о городе непременно упоминают о Караван-Сарае как об оригинальном и прекрасном сооружении, придающем городу особый колорит», — пишет в 1966 году в своей книге доктор архитектуры из Уфы Барый Гибатович Калимуллин.

Архитектурный ансамбль Караван-Сарай. 1846. Памятник федерального значения. Автор-архитектор А.П. Брюллов. Ныне – административное здание и Соборная мечеть № 2. Адрес: Парковый проспект, 6.
История

Идея постройки в Оренбурге Караван-Сарая и ее воплощение связано с Василием Алексеевичем Перовским – оренбургским военным губернатором в 1833-1842 годах и генерал-губернатором Оренбургским и Самарским в 1851-1857 годах. В то время Башкирия административно подчинялась ему. Первоначально архитектурный комплекс Караван-Сарая предназначался для размещения органов управления так называемого Башкиро-мещеряцкого войска.

Василий Перовский
Василий Перовский

Начало Башкирскому войску было положено в 1798 году, когда из башкир Оренбургской, Самарской, Уфимской, Вятской и Пермской губерний было сформировано иррегулярное войско, делившееся на 12 кантонов. Башкирское иррегулярное войско принимало участие в Отечественной войне 1812 года. После войны к этому воинскому подразделению присоединили ещё пять кантонов мещеряков, составлявших до этого отдельное войско. Таким образом сформировалось Башкиро-мещеряцкое войско, состоящее из 17 кантонов.

Башкиры – народ тюркской языковой группы, населяющий территорию современной Республики Башкортостан и соседние территории Южного Урала.

Мещеряки – народность тюркской языковой группы, живущая в районах Среднего Поволжья; говорят на диалекте татарского языка, в настоящее время сливаются с татарами.

Поскольку органы управления Башкиро-мещеряцким войском находились в Оренбурге, то башкирам и мещерякам часто приходилось приезжать в наш город по служебным делам, а также по своим надобностям. Как писал в служебном письме в правительство В.А. Перовский, «они не имеют никакого пристанища в городе, принуждены бывают останавливаться порознь в разных частях города и слободок, по дворам знакомых, или даже нередко платить за проживку на постоялых дворах». Поэтому «в отвращение этого неудобства» Оренбургский военный губернатор Перовский решил построить постоялый двор или Караван-сарай, где башкиры и мещеряки могли бы останавливаться бесплатно.

В 1836 году военный губернатор В.А. Перовский объявил, что в Оренбурге будет построен Караван-Сарай для находящихся на военной службе башкир, «чтобы они имели более удобное помещение для себя и своих лошадей», а также:

«…чтобы башкиры имели полную возможность исполнять по своему закону требы и молитвы. Этим желали показать народу, что правительство России далеко от мысли насильственно обращать магометан в христианство…, напротив, правительство строит на свои средства мечеть, и не простую, а превосходящую все известные в крае мечети», — пишет И.В. Чернов.

Сам Василий Перовский в письме в Петербург подтверждал, что «постройка Караван-Сарая есть затея не моя, а казенная», то есть осуществляемая по Высочайшему повелению.

Караван-Сарай планировалось возвести к северу от исторического центра Оренбурга, на свободном от застройки месте. Автором проекта стал выдающийся русский архитектор Александр Павлович Брюллов, с которым Перовский находился в близкой дружбе. Проект Караван-Сарая был выполнен к январю 1837 года. Приехав в Петербург, военный губернатор В.А. Перовский представил его императору Николаю I, который 19 января 1837 года утвердил проект Караван-Сарая. 29 мая 1837 года проектные материалы были доставлены в Оренбург.

Караван-Сарай строился в 1837-1846 годах. В 1842 году комплекс был в целом готов, оставались некоторые работы по мечети и минарету. Первоначально в С-образном двухэтажном корпусе хотели разместить квартиру командующего Башкирским войском, помещения войскового управления и канцелярию, училище для башкирских детей, квартиры для обслуживающего персонала, а также помещения для временного проживания приезжающих башкир. Возведение войсковой мечети с минаретом потребовало более длительных сроков строительства. Много времени ушло на отделку интерьеров. Наконец в августе 1846 года произошло освящение мечети.

Необходимо отметить, что общепринятое значение названия «караван-сарай» не вполне уместно по отношению к оренбургскому Караван-Сараю. На востоке «караван-сараями» называют постоялые дворы для торговых караванов и купцов с товарами. Оренбургский Караван-Сарай никогда не был постоялым двором, и никакие караваны сюда не приходили. Для торговых караванов в Оренбурге был предназначен огромный Меновой двор, находившийся за рекой Урал в двух верстах от города. Караван-Сарай был построен для размещения органов управления Башкирским войском, даже мечеть в нём была войсковой. Получился прекрасный архитектурный ансамбль дворцового характера в мусульманском стиле. Странное для военного комплекса название – «Караван-Сарай», тем не менее, точно отражает восточный колорит его архитектуры.

После постройки Караван-Сарая первоначальные планы начальства в отношении его использования радикально поменялись. По распоряжению нового военного губернатора В.А. Обручева (1842-1851 годы) в помещениях двухэтажного корпуса разместились казармы башкирского конного полка. Во время второго правления генерал-губернатора В.А. Перовского (1851-1857 годы) созданное им Башкирское войско еще продолжало кое-как существовать, хотя военной необходимости в таких воинских частях и подразделениях уже не было.

После упразднения Башкирского войска (1863 год) возникли проблемы с дальнейшим использованием Караван-Сарая. В «Трудах оренбургской ученой комиссии» (выпуск ХV111, 1907 год) генерал-майор И.В. Чернов пишет о Караван-Сарае:

«Помещения для башкир и не думали открывать, и никто из них там не останавливался. Обращение здания в постоялый двор стоило бы дорого по отоплению и содержанию в чистоте и ремонту. Правый фасад обратили в канцелярию, а левый был отдан для губернатора».

Приезжающие в Оренбург официальные лица, жители и гости нашего города всегда искренне удивлялись тому, что построенный в мусульманских архитектурных формах Караван-Сарай с мечетью и минаретом стал дворцом оренбургского губернатора, исповедующего православие.

Дело в том, что во время правления последнего оренбургского генерал-губернатора Н.А. Крыжановского (1864-1881 годы) Караван-Сарай стал его резиденцией. Причем переезд Николая Андреевича из Губернаторского дома на берегу Урала в Караван-Сарай был далеко не случаен. В это время Россия переживала период необыкновенного подъема русского национального самосознания.

«Иноземные формы должны замениться русскими» – таково было категоричное отношение высшей российской власти к объектам архитектуры. Появились и всячески насаждались «русский» и «русско-византийский» архитектурные стили. Генерал-губернатору Н.А. Крыжановскому категорически не нравилось, что при въезде со стороны Москвы город Оренбург открывался комплексом Караван-Сарая с мечетью и минаретом. По свидетельству историографа Н.Н. Модестова, «…Крыжановский, заняв Караван-Сарай под свою квартиру и под губернские присутственные места, пришёл к мысли перенести Караван-Сарайскую мечеть на другое место». По мнению генерал-губернатора, совместное существование действующей мечети и губернского управления создавало значительные неудобства как для власти, так и для верующих мусульман. Сложилось также мнение общественности о том, что «неблаговидно и неестественно видеть действующую магометанскую мечеть посреди архитектурного комплекса, занятого русскими присутственными местами». Особенно это было неудобно для начальствующих лиц и приезжающих высокопоставленных гостей, которым такое положение казалось противоестественным.

В 1867 году генерал-губернатор Н.А. Крыжановский направил ходатайство в Министерство внутренних дел «о переносе мечети с минаретом, находящихся при Караван-Сарае, на другое место». Однако тогдашний российский министр внутренних дел П.А. Валуев ответил отказом и постановил «оставить означенную мечеть с минаретом на месте, ею ныне занимаемом». После такого решения в Оренбурге можно было наблюдать «довольно своеобразную картину, когда рядом с губернаторской квартирой и губернскими присутственными местами стояла мусульманская мечеть с минаретом, с высоты которого слышались призывы на молитву».

Меновой двор

Известный дореволюционный писатель В.Л. Кигн-Дедлов в конце 1890-х годов назвал Караван-Сарай «дворцом оренбургского губернатора в азиатском вкусе». Кроме резиденции губернатора здесь также размещались губернская канцелярия, губернские присутственные места, комиссия по размежеванию земель, типография и редакция «Оренбургской газеты». «В Караван-Сарае сосредотачивается административная часть управления как городом, так и губернией», — писал историограф П.А. Столпянский, подчёркивая исключительно важную роль Караван-Сарая для дореволюционного Оренбурга. В разные годы Караван-Сарай посетило великое множество высокопоставленных персон и выдающихся деятелей, получивших признание в нашей стране и за рубежом. Например, в 1876 году, когда была построена и открыта железная дорога до Оренбурга, приезжал в наш город граф Лев Николаевич Толстой. Он посетил генерал-губернатора Николая Андреевича Крыжановского, с которым они вместе участвовали в обороне Севастополя (1854-1855 годы) во время Крымской войны 1853-1856 годов.

После Февральской революции 1917 года в Караван-Сарае находился комиссар Временного правительства и работал Оренбургский совет рабочих и солдатских депутатов. В 1918 году оренбургский Караван-Сарай стал на некоторое время местом размещения руководящих органов вновь образованной Башкирской республики. В 1921-1936 годах в Караван-Сарае находился Башкирский педагогический техникум.

В 1930 году мечеть Караван-Сарая была закрыта, а в 1932 году в мечети устроили клуб для студентов. После ликвидации Башкирского педтехникума здание бывшей мечети некоторое время пустовало. Наконец в 1954 году в бывшей мечети устроили планетарий. Богатое убранство интерьера мечети оказалось полностью скрытым за внутренним деревянным куполом, предназначенным для демонстрации звездного неба. Возвращение мечети верующим произошло в 1993 году. В настоящее время в мечети располагается мусульманское религиозное объединение «Караван-Сарай».

С 1940-х годов в основном двухэтажном корпусе Караван-Сарая размещалась воинская часть. В 1960 году здесь обосновалось крупное производственное объединение «Оренбурггеология», проработавшее до своей ликвидации в начале 2000-х годов. В настоящее время все вернулось на круги своя. В «Караван-Сарае» работают различные учреждения и организации. При этом действует мечеть и с высоты минарета из микрофонов слышатся сладкозвучные призывы на мусульманскую молитву.

Поделитесь новостью на своей странице в соцсети

⚠ Сделайте «Оренбургскую неделю» основным источником в Яндекс.Новости ⚠

Отправить ответ

Войти с помощью: 
avatar
  Подписаться  
Уведомление о