Первый на неделе: 18 солнц Римы Якуповой



«Паутинка XXI века» – так назвала известная оренбургская пуховница Рима Якупова свой шедевр  – платок-паутинку размером 2,3 на 2,3 метра. По сложности узора, качеству исполнения и размерам этому платку нет равных в России. 

— Рима Равильевна, как возникла идея связать это уникальное изделие?

— При изготовлении традиционных платков-паутинок всегда использовались одно- и пятикруговые узоры. Очень редкие мастерицы вязали 13 кругов: круг – это ромб, графический символ солнца. Вот на этих 13 кругах наше ремесло и остановилось. Года три назад я решила сказать свое слово в развитии промысла и придумала 18-круговой орнамент. Просто сидела и смотрела на мамин старинный персидский ковёр. Там 18 кругов. Думаю, а почему бы паутинку не сделать 18-круговой? Разработала схему, начертила. Но всё руки не доходили. И вот, спустя три года, платок появился.

— Вы родились в селе Жёлтом – «столице» оренбургского пуховязания. А там, как известно, не вяжут только когда спят…

— В Жёлтом вяжут с малых лет. Девочек моего возраста было много. Летом мы выходили на улицу и устраивали посиделки с вязанием. Выносили коробок спичек. Ряд связали – положили спичку. У кого больше спичек в конце вечера, тот больше всех связал. С малых лет скорость развивали. Тут же и перекусывали, как говорится, без отрыва от  производства. На работу времени не жалели. Но и о детских забавах не забывали. Правда, купание в Сакмаре совмещали со стиркой. Пока стираем – загораем. Искупались, уже и бельё подсохло.

— Кто вас учил вязать?

— Мама. Она проработала более 35 лет в Жёлтинском пуховязальном производстве. Её работы отличались чистотой, красотой, художественным оформлением, плотностью вязки, внутренней симметрией, тонким прядением нити. У неё паутинки не повторялись. Обычно мастерица, какой рисунок освоит, такой и вяжет. А мама всё время придумывала разные узоры. Вот и я никогда не повторяю рисунки. Мне не интересно работать под копирку. У меня и бабушка – мамина мама – вязала до 92 лет. У нас в селе никто не вязал до такого возраста. Стёкла в её очках были похожи на лупы – то ли 11, то ли 14 диоптрий.

Мама Римы Якуповой – Фардана Шарафиевна

— Говорят, вашей маме узоры платков приходили обычно во сне, а вам снятся паутинки?

— Мне не снятся, а предстают, как видение. Ложусь спать, а перед глазами – узоры. Видимо, божий дар, которым обладала мама, передался и мне. Встаю и рисую графическую схему. А ещё снежинки рассматриваю. Такое разнообразие! Говорят, нельзя найти две одинаковые. Мороз на окнах тоже очень хорошо рисует. Подаёт нам идеи – только так.

— Помните свою первую паутинку?

— Помню. Вязать я начала в семь лет, поэтому вязала простенькие платки. Не кругами, а сплошным узором – кошачьи лапки, мышиный след. Первая серьёзная паутинка, которую сама спряла, появилась в 15 лет. Другие девчата не пряли – мама или бабушка спрядут, они вяжут. Этот платок я недавно подарила в коллекцию музея изобразительных искусств.

— Вас в семье вас было пятеро. Все вязали?

— Да, нас три сестры и два брата. Сёстры вяжут. Братья нет, но племянники вяжут. Их работы есть в музейной коллекции. Мой сын, когда учился в 9 классе, связал 17 пар следочков. Сломал ногу, лежал дома. В один прекрасный день, прихожу с работы, он достаёт пакет и говорит: вот связал, поздравь родню – от мала до велика. Но после этого спицы в руки больше не брал.

— Вашей внучке пять лет. Она интересуется бабушкиным рукоделием?

— Ещё как! Абийка, говорит, когда меня научишь вязать? Как-то села, взяла спицы первый раз в жизни и взяла несколько петель. Я была в шоке: мне студентов приходилось дольше учить, чем её. Но надолго её не хватило, пошла играть. Пока у неё в приоритете балет. Но связанные мною косынки носит с удовольствием.

— Говорят, даже медведя можно научить танцевать. А вязать каждого можно научить?

— (Смеётся). Можно. Хотя некоторых – с трудом. Я почти 14 лет проработала в художественном колледже. Многие студенты отделения пуховязания до училища даже спицы не видели. Не знали, что такое веретено. Но со временем вполне успешно осваивали ремесло. Уметь вязать, шить, вышивать для девочек – это огромный плюс.

— И для здоровья полезно: мелкая моторика развивается…

— Так и есть. По своему педагогическому опыту могу судить, если моторика у детей мало развита, они медленней соображают, им труднее учиться.

— Сколько времени у вас уходит на паутинку?

— На палантин с прядением – неделя. На платок средней величины – десять дней. У меня скорость хорошая. Можно и за три дня, если есть готовая пряжа. Над созданием паутинки XXI века работала около двух месяцев. Все делала вручную, включая прядение.

— Вам, наверное, и у телевизора с чашкой чая некогда расслабиться …

— Ну почему же? Я когда вяжу, и телевизор смотрю, и семечки грызу, и даже книжки читаю. Всё успеваю.

— А поёте, когда вяжете?

— Да, я люблю петь. Работала  более двух лет художественным руководителем Жёлтинского Дома культуры. У нас был большой хор – 57 человек. Мы занимали призовые места в области. А в районе всегда были первые. Когда поёшь, то и вяжется легче. Платок получается как песня…

— Бывает, что надоедает? Хочется куда-нибудь выйти, погулять?

— Конечно. Встаю, но далеко не ухожу. Сделаю зарядку, покручу педали на велотренажёре или круг. И опять сажусь вязать.

— У оренбургского платка есть будущее?

— Есть. Он всегда будет востребован. Это символ Оренбуржья. Красота, хранимая нашими мастерицами, должна жить, как и века назад.

— В родном селе бываете?

— Бываю. Там у меня сестра.

— Сейчас многие вяжут?

— Многие. Молодёжь в том числе. И по четвергам ездят продавать в Саракташ. Ни у кого ещё паутинка не залежалась. Каждую неделю стараются связать да продать – с новыми узорами. Ремесло меняется. Появляются новые элементы, новые технологии. Вот моя племянница Розалина Баширова связала паутинку с «бусинками», которые вывязываются крючком. Показала подружкам. Те тоже начали вязать. Вместо накидов сейчас входят в моду «шишечки». И на них есть спрос. Так что время и рынок диктуют своё. Приходится прислушиваться. В деревнях ведь только на платках и живут. Платки всегда были кормильцами. На деньги, вырученные за них, и одевались, и обувались. И женили, и дома покупали. Благодатное ремесло.

— Есть конкуренция с сёстрами, подругами?

— Нет, каждый вяжет по-своему. Хотя слышала, что некоторые завидуют друг другу. Прячут узоры. У нас такого нет. Я наоборот нарисую да отдаю. Подруга приходит, спрашивает: есть что-нибудь новенькое? Делюсь. Вот спрашивают, как правильно вязать шишки. Собираюсь провести мастер-класс.

— Не жалко транжирить свои секреты? Конкуренты растиражируют, придётся что-то новое сочинять.

— До училища я много лет проработала на комбинате оренбургских пуховых платков главным художником. Это моя работа, моя обязанность – передавать своим землякам всё, что умею. Пусть вяжут. Пусть развивают промысел. Передают от матери к дочери. И от учителя к ученику. Вот сейчас я веду школьный кружок в Татарской Каргале. Там всегда вязали только тёплые шали. И сейчас вяжут в основном только толстые платки. Паутинки никогда не умели. А я учу вязать паутинки. Бабушки моих учениц в шоке от того, что внучки вывязывают такие узоры.

— А почему в вашем имени одна буква «м»?

— Это мусульманское имя. Именно так оно и пишется. Переводится, как «белая антилопа», что  соответствует моему характеру. Я быстрая, стремительная, любому на помощь прибегу, помогу. И зависти у меня нет ни к кому. Разве что белая.

Ирина Бушухина, заведующая галереей «Оренбургский пуховой платок» Областного музея изобразительных искусств:

— Рима Якупова – это настоящий мастер. Её работы составляют золотой фонд оренбургского пуховязания. Мы её знаем, любим и постоянно следим за её творчеством. «Паутинка XXI века»  – действительно уникальная вещь, единичный экземпляр, достойный музея. По сути это огромный платок-панно, в который можно закутаться с головы до ног. Автор нам показала свои профессиональные возможности. И мы этому мастерству рукоплещем.

 

Досье «ОН»

Рима Якупова – член Союза художников России, лауреат премии Российской Федерации «Душа России» за вклад в развитие народного творчества. Её авторские работы находятся в коллекции Оренбургского музея изобразительных искусств. Ремеслу училась у мамы, Фарданы Шарафиевны, удостоенной за свой труд диплома Академии художеств СССР, Орденов Трудовой Славы 2-й и 3-й степеней за сохранение традиций и создание высокохудожественных произведений искусства.

 

Наталия Веркашанцева 

 

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ: 

Сокровенный человек: юбилейная выставка Марины Бусалаевой

«Она реально – ангел…»



1
Отправить ответ

Войти с помощью: 
avatar
1 Цепочка комментария
0 Ответы по цепочке
0 Последователи
 
Популярнейший комментарий
Цепочка актуального комментария
1 Авторы комментариев
Алена Авторы недавних комментариев
  Подписаться  
новее старее большинство голосов
Уведомление о
Алена
Гость
Алена

Как такое можно сделать руками! вот у меня они точно не из того места растут!)