Какой он – «правильный» оренбургский пуховый платок?



С некоторых пор обозначение «Оренбургский пуховый платок» увидишь не на каждой этикетке. Ныне это название имеют право писать только те производители, которые получили сертификат от Роспатента. На сегодняшний день право на пользование этим наименованием зарегистрировала Оренбургская фабрика пуховых платков и компания «Оренбургшаль». Чем вызвано это нововведение, как оно отразится на развитии промысла, какую роль сыграет в судьбе мастериц и что, в конце концов, подходит под определение «оренбургский пуховый платок», а что является его подделкой? Чтобы ответить на эти вопросы, предоставим страницы нашего издания тем, кто имеет непосредственное отношение к пуховязальному делу.

Бабушки не вяжут контрафакт

Евгений Карамышев, директор по развитию и правовым вопросам Оренбургской фабрики пуховых платков:

— К нам на фабрику тоже периодически приходят письма. Было, например, такое: женщина купила маме в подарок платок. А у мамы шея от него окрасилась, возникла аллергия. Претензия была предъявлена нам. Когда разобрались, выяснилось, что платок куплен на просторах интернета. И фабрика не имеет к этому никакого отношения. Такие претензии возникают довольно часто, потому что рынок наводнён контрафактной продукцией.

Ничего не подозревающий покупатель выкладывает деньги за платок, на этикетке которого написано: 80 процентов пуха, 20 вискозы, а кто не стесняется, пишет – шёлка. На самом деле пуха и 20 процентов не наберётся. А в качестве основы идёт не шёлк, а химволокно – наиболее дешёвый материал. Такие платки плохо прокрашены, они мажутся. Связаны как попало, без соблюдения рисунка. Такой платок не имеет никаких полезных или эстетических качеств. Он даже не греет. Ну как может греть химволокно?

Такого контрафакта у нас в области процентов 70. В первую очередь это узбекские платки. Вторая категория – платки, которые вяжутся у нас, но из халтурного материала и халтурно — по принципу «и так сойдёт». В основном это делается молодёжью. Мастерицы, которые вяжут испокон веков, плохо вязать не умеют. Однако магазины принимают на реализацию и такой товар, поддерживая халтурщиков. Говорят: если эти платки покупают, значит, им тоже находится применение. Продавайте, если совесть позволяет, но не называйте это оренбургскими платками. Пишите на этикетке «узбекский» или просто «пуховый». Не надо вводить покупателей в заблуждение, роняя репутацию нашего прославленного бренда.

Этому платку более 80 лет. Шедевры не стареют

Право на пользование наименованием «оренбургский пуховый платок» фабрика получила не вчера. Ещё в 2002 году к губернатору Чернышёву обратился Роспатент, сообщив, что началась регистрация народно-художественных промыслов, в число которых входит и оренбургский пуховый платок. Он отписал это обращение на фабрику. Мы совместно с торгово-промышленной палатой зарегистрировали наименование места происхождения товара – НМПТ, как объект интеллектуального права. Это произошло в 2003 году. С этого момента всякий, кто хочет легально использовать название оренбургского бренда, должен предоставить определённый набор документов, на основании которых Роспатент даёт разрешение на 10 лет.

Прошу обратить внимание: разрешение на использование может получить неограниченное количество лиц. И то, что писали в прессе, будто фабрика присвоила себе бренд, это неправда. Понятно, новость о том, что фабрика получила право на использование бренда, не звучит. Лучше звучит — фабрика украла бренд. И второе – получить право использования может не торговая организация, а только производитель. Потому что первичное название товара возникает на производстве.

По большому счёту, бренд «Оренбургский пуховый платок» принадлежит Российской Федерации. Никакое предприятие не может зарегистрировать НМПТ на себя, будь то тульский пряник или тульский самовар, хохлома, гжель. Это всё исторически сложившиеся названия, связанные с территориями, традициями – они не могут быть в частном обладании. Бренд защищён государством. Мы можем только каждые 10 лет получать право его использования. И требовать от тех, кто такого права не имеет, не использовать это название.

За нарушение предусмотрена административная и уголовная ответственность. Но, по большому счёту, это практически не работает. По одному магазину в «Армаде» мы составили материал и направили его в суд. Судья же вместо того, чтобы взыскать штраф в размере пятикратной стоимости контрафактного товара – порядка 800 тысяч рублей, ограничился предупреждением. В мировой практике за нарушение интеллектуальных прав принимают более жёсткие меры. Мы только начали двигаться в этом направлении, но очень медленно.

Нас обвиняли в том, что мы отнимем хлеб у бабушек, запретив им вязать. Но НМПТ запрещено к использованию только в коммерческих целях. Если бабушка не предприниматель, она без проблем может называть свои изделия оренбургским пуховым платком. Никто и никогда бабушек не гонял. У нас нет такой цели. У нас цель, чтобы не продавался контрафакт, тем более так массово, как сегодня. Бабушки не вяжут контрафакт. Собственно, и шумиха началась потому, что в 2016 году, продлив срок заявки в Роспатенте ещё на 10 лет, мы начали активную борьбу с некачественной продукцией. Кстати, немножко поприжали контрафактников.

Этот платок вязали одновременно 11 клубками

Сейчас в Оренбурге стало поменьше халтурных изделий, выдаваемых за оренбургский пуховый платок. Но всё равно они ещё встречаются. Полно этого «добра» и в других городах. Прямо эпидемия какая-то. И разносчики этого «заболевания» — наши земляки, уехавшие в Москву и другие города. Как правило, молодёжь. Обосновавшись на новом месте, решают заняться продажей оренбургских паутинок. Но не имея представления о настоящем платке, зачастую добросовестно заблуждаясь, продают узбекские как оренбургские. И даже уже поняв разницу, всё равно не могут отказаться от своего нечистоплотного «бизнеса».

Когда мы начали борьбу с контрафактом, нас обвинили в том, что мы создали экспертную комиссию, чтобы щемить пуховязальщиц. Но эта комиссия была создана несколько лет назад ещё по предложению Минпромторга. Такие экспертные советы есть во многих регионах. И всюду это только приветствуется как заслон подделкам. Например, в Нижегородской области существует около 20 народных художественных промыслов. Все они зарегистрированы и пользуются поддержкой местной власти. На совещания в минпромторге по народным промыслам от Нижегородской области всегда ездит вице-губернатор. Вот какое внимание уделяется! Увы, мы не можем этим похвастать. (Я не жалуюсь, просто констатирую факт). И это тоже отчасти способствует разгулу контрафакта.

Во многих регионах есть экспертные советы, созданные не только для того, чтобы выявлять халтурщиков, но и для того, чтобы выявлять мастеров. Кстати, мастера в этом тоже заинтересованы: получив заключение экспертного совета, они могут продавать свой товар дороже. Платки, имеющие паспорт качества, в магазинах не залёживаются. Это работает на имя вязальщицы. В среде людей, которые продают или покупают пуховые платки, это важно. Так что наши вязальщицы кровно заинтересованы в том, чтобы вязать качественный продукт, что способствует сохранению традиций и промысла как такового.

Оренбургский пуховый платок по-прежнему пользуется большим спросом. Мы многое делаем для того, чтобы его узнала и полюбила молодёжь. И если раньше платок считался головным убором для мам и бабушек, сейчас мы его позиционируем как модный молодёжный аксессуар. Поэтому у нас имеются платки любой расцветки, что не исключает изготовления платков традиционного серого и белого цвета. Кроме того, мы выпускаем трикотаж на основе платочной вязки – шарфы, береты, варежки, перчатки, одежду. Эта продукция к платку, по большому счёту, отношения не имеет, но она более востребована. То, что этот трикотаж сделан на фабрике пуховых платков, конечно, ему в плюс: бренд задаёт высокую планку качества. Поэтому мы не можем вязать из турецкого акрила, хотя изделия будут значительно дешевле. От нашей фабрики люди ожидают хорошего качественного товара. И мы не имеем права обмануть их ожидания.

Сабантуй для паутинки

Галия Абсалямова, руководитель «Гильдии пуховниц», директор первого частного музея «Оренбургский пуховый платок»:

— Да, с некоторых пор нам не разрешают писать на бирках «Оренбургский пуховый платок», мы пишем «Пуховое изделие». Но платки от этого не становятся хуже или лучше. И вязальщицы другими не становятся. Хотя, конечно, когда стали говорить, что оренбургским пуховым платком можно считать только изделие заданных параметров, а всё остальное — контрафактная продукция, этим сильно обидели вязальщиц. Всю жизнь они вязали не покладая рук, и вдруг оказалось, что занимаются подделкой.

Когда говорят, что оренбургский пуховый платок должен быть только таким – зубчики, решётка, вторая решётка и середина, это важно с научной, исследовательской точки зрения. А с практической – гораздо важнее функциональность платка. Людям нужны не только шедевры, которыми можно любоваться, доставая из сундука, но и вещи для повседневной жизни.

К нам, например, приходят женщины и просят недорогие паутинки, чтобы прикрывать голову в храме, не ощущая тяжести головного убора. Это тот случай, когда нет необходимости создавать высокохудожественное произведение с многоступенчатыми решётками. Паутинка с самым простым однотонным рисунком, связанная из правильно спрядённого пуха, будет смотреться как пуховое чудо. Но будет ли ныне это изделие считаться оренбургским пуховым платком?

А можно ли назвать изделие начинающей пуховницы оренбургским платком? Живёт она в Оренбурге, учит её потомственная вязальщица — мама или бабушка, вяжет из местного пуха — вроде всё соответствует требованиям. Но рисунок кривоват – сказывается недостаток опыта. Или, наоборот, стареющая мастерица, качество работы которой уже не то, что в 40 лет. Так на каком этапе платки можно считать оренбургскими? Только ли в пору расцвета дарования пуховязальщицы?

В документах, которые сейчас фигурируют, для сохранения народного промысла также не приветствуются фантазия и творчество. Только геометрический орнамент. Но как можно отказываться от того, что вызывает восхищение? Те, кто придумывал эти законы, похоже, люди не творческие. Сами руками ничего не делают, но очень красиво об этом говорят. Зачастую мастерицы придумывают свои узоры, вяжут «шишечки», завоевавшие сейчас большую популярность, добавляют бисер, чтобы изделия пользовались большим спросом.

Им ведь надо жить, надо зарабатывать. Есть люди, которые вяжут для удовольствия, а для кого-то это приработок, который помогает содержать семью, оплачивать коммунальные услуги, учить детей. От того, что снижается авторитет оренбургского пухового платка, к нему начинают относиться с сомнением. Это снижает спрос.

Всё это не способствует развитию промысла. Нужно поддерживать то, что наработано. Я со своей стороны, чтобы поддержать промысел, провела в прошлом году в Саракташе фестиваль платка «Шальтуй» — по аналогии с сабантуем. Почему в Саракташе? Сюда удобно и не накладно приехать пуховницам и из Саракташского, и из Медногорского, и из Кувандыкского районов, где традиционно вяжут платки. Собрала 30 вязальщиц и на свои деньги провела это мероприятие. Администрация Саракташа обещала помочь в организации следующего фестиваля. Собираемся посмотреть работы друг друга, поделиться опытом, устроить выставку, конкурс, поощрить лучших, организовать «пуховое» дефиле. Евгения Валерьевна Шевченко, министр культуры и внешних связей Оренбургской области, обещала оказать посильную помощь – информационную и материальную.

Ещё один важный аспект, о котором хочется сказать. Оренбургский платок – это не только вязальщицы. Это и те, кто выращивает коз и получает пух, и те, кто обрабатывает этот пух, прядёт его, и те, кто придаёт платку товарный вид, доводя его до покупателя. Это авторы, которые пишут книги и песни о платке, слагают стихи, способствуя славе оренбургского платка.

Я потому и создала свой музей, чтобы показать людям, какой это сложный труд. И что славу платка создают не только вязальщицы, но ещё много людей.

Нельзя обойти и такую проблему: если мы хотим, чтобы промысел сохранялся, нужно развивать козоводство. Вязальщиц много, сырья мало. Но содержание коз невыгодно. Чтобы взять на 1000 рублей пуха с козы, надо ходить за ней целый год. Этот сегмент сельского хозяйства должно дотировать государство.

По регламентирующим определение документам оренбургский платок — это местное сырьё, определённая техника прядения, технология вязания, компоновка рисунка и так далее. Я считаю, например, если все технологии соблюдены, пух может быть и привозным. Вот, скажем, у фабрики – японские станки, итальянская пряжа. Но орнамент оренбургский. И это позволяет им именовать свои изделия оренбургским платком. Есть рисунок, и слава богу! Этого достаточно. И ничего, что используется машинная вязка. Руками платки для всего земного шара не свяжешь.

У нас же потребители со всего мира — Южная Африка закупает, в Израиль везут, в Турцию, Китай, Америку, Канаду, не считая стран Европы. Фабричные платки тоже очень востребованы. Так что неправильно ставить препятствия тем, кто развивает промысел, надо поддерживать тех, кто вяжет.

Кстати

Проблемы с «авторством» бывают и у продуктов. Недавно Верховный суд Российской Федерации вынес окончательное решение в длительном споре об исключительных правах на использование названия «адыгейский сыр». Ранее сыроделам из Республики Адыгея удалось отстоять в суде право на использование товарного знака. Оспорить решение Роспатента пытались производители из Брянской и Ростовской областей, Красноярского края и Чувашии. Однако высшая судебная инстанция их протест оставила без удовлетворения. А Минсельхоз уточнил, что выпуск продукции под наименованием «Сыр Адыгейский» правомерен только на территории Республики Адыгея и Краснодарского края (таких производителей там около десятка). Почему? Да потому что сыр производится по традиционной специфической технологии из молока, нагулянного коровами на горных лугах Северного Кавказа.

А как у них?

Виноделы из французской провинции Шампань через суд запретили производство вина под таким названием в швейцарской деревушке Шампань. Что же касается внутренних дел, правом ставить на этикетке слово «Бордо», например, пользуется не один винодел в этой провинции, а несколько. И каждый отвечает за качество.

Как отличить настоящий оренбургский платок от подделки

Совет от Ольги Александровны Фёдоровой, потомственной вязальщицы, знаменитой мастерицы, много лет проработавшей главным художником Оренбургского комбината пуховых платков, первой из пуховниц, принятой в Союз художников России:

— Настоящий платок делается так: сначала прядётся пуховая нитка, потом её скручивают с шёлковой. И поначалу платок бывает не очень пушистым. Он начинает пушиться в процессе носки. Некачественный платок делается так: берут шёлковую нитку и на неё сразу накручивают пух. Этот пух «державы» не имеет. Поэтому он сразу весь вылезает, оставаясь на одежде. Хотя выглядит вполне товарно — пушистый, тёплый на вид. Но это на короткое время.

Классические оренбургские пуховые платки — серо-коричневые и белые. Они не могут быть разноцветными, с радужными переливами. Цвета могут варьироваться от кипенно-белого до оттенков серого.

Самый явный признак контрафакта – это цветастые узоры и переливы

Здесь представлена лишь небольшая часть возможных вариантов. Кстати, даже в самом Оренбурге вы днём с огнем не найдете магазин, где бы не продавали такую радугу. Причем вас будут долго и упорно убеждать, что они идут в ногу со временем и даже самостоятельно окрашивают пух, а такие платки готовят ученицы. И на самом деле, окрашивать готовые изделия или пух не проблема. Загвоздка только в том, что все узоры на таких «нововведениях» от оренбургских производителей полностью совпадают с теми, что на узбекских платках. А вот классических оренбургских узоров в цвете почему-то нет.

Узоры достаточно ограниченны

Пусть вас не сбивают с толку и сайты, на которых нет цветных изделий. Азиатские (узбекские) платки и палантины могут быть и просто белого и серого цвета. Есть и узбекские шали пышные и кудрявые, как руно. Есть даже пуховая одежда, пальто, безрукавки и прочие изыски азиатской моды. Здесь основные рисунки узбекских изделий. Т.к. практически все пуховые платки, которые так бойко продают мошенники, это машинная работа, то и узоры достаточно ограниченны. Если вы ориентируетесь в рисунках, обмануть вас будет практически невозможно.

 

Подготовлено при содействии «Оренбургшаль»



Отправить ответ

Войти с помощью: 
avatar
  Подписаться  
Уведомление о