Две музы Людмилы Пешковой


Когда работа – праздник…

В завершившемся сезоне Оренбургской филармонии дебютировал новый абонемент — «Поэтические диалоги о любви». Любители изящной словесности услышали диалоги Анны Ахматовой и Льва Гумилева, Марины Цветаевой и Бориса Пастернака, Евгения Евтушенко и Беллы Ахмадулиной. Проект был задуман лектором-музыковедом филармонии Людмилой Пешковой и осуществлен ею в тандеме с артистом Оренбургского драматического театра, заслуженным артистом России Сергеем Тыщенко, чтобы напомнить о том, что роскошь человеческого общения дороже всех сокровищ мира.

— Людмила, как появилась эта замечательная идея?

— Готовя программу к своему юбилейному вечеру «Пятое время года», который состоялся в феврале, я поняла, что многие стихи содержат в себе диалог. «Мне нравится, что вы больны не мной», «Я бы хотела жить с вами в маленьком городе», «Со мною вот что происходит»… Набрала стихов о любви, разложила на двоих. Подобрала музыку. Её тоже оказалось очень много. Получился не просто диалог, а камерный лирический спектакль. Все вокруг говорили: да ты актриса. Я-то про себя знаю, что актриса. Я же училась на театральном факультете. Просто случая не представлялось выйти на сцену в этом качестве. (Улыбается) Всё ведущая да ведущая. А потом директор филармонии, составляя абонементы на следующий год, спросила: ну что, продолжите тему? Говорю: продолжим. А как, ещё не знала. Подумала и решила: это будут диалоги между поэтами о переживаниях и радостях любви.

— Ваш поэтический диалог с Сергеем Тыщенко получился очень органичным. Как вы нашли друг друга?

— С Сергеем Тыщенко нас ещё 23 года назад познакомил и благословил наш творческий союз Виктор Васильевич Ренёв, когда готовил юбилейный вечер к 100-летию Сергея Есенина на сцене драмтеатра. Поэтому другой кандидатуры для моего вечера не было. Я видела только Сергея. Тем более что он поёт.

С маэстро Владимиром Спиваковым

— Ваша профессия связана с музыкой, но вы блистательно знаете поэзию…

— С детства обожаю и музыку, и поэзию. Эти две музы со мной по жизни. С десяти лет, ещё когда вела концерты в общеобразовательной и музыкальной школах, вкрапляла стихи в рассказ о музыке. И в училище на лекторской практике по музыковедению, и работая в филармонии брала темы, связанные с поэзией. Даже в концертах классической музыки, где нужно было просто объявить «Чайковский Полонез Огинского», ухитрялась вставлять стихи. Музыка с поэзией родные сёстры. Не зря же говорят: там, где кончаются слова, начинается музыка.

— Есть секрет, как запоминать столько стихов?

— Просто хорошая зрительная память. И метафорическая. У меня строчка связана с каким-нибудь образом.

— Продолжите ли вы поэтическую тему в следующем сезоне?

— Продолжим. В следующем цикле публику ждёт встреча с творчеством поэтов эпохи Возрождения, золотого и Серебряного века русской поэзии, поэтов-фронтовиков.

Творческий тандем с Сергеем Тыщенко

— Много ли в Оренбурге ценителей высокой поэзии?

— Не очень много. Но есть. Молодёжи сейчас интереснее шоу, акции, флеш-мобы. Да и творческая интеллигенция, к сожалению, сегодня не очень отзывчива к поэзии. Вспомните, как раньше общались между собой представители разных видов и жанров искусства — журналисты, литераторы, художники, артисты, музыканты.
Здесь разговоров нет окольных,
Здесь исполнитель арий сольных
И скульптор в кедах баскетбольных
кричат, махая колбасой.
Все вместе были. А сейчас разобщены.

— Помимо поэтической у вас есть ещё одна авторская тема – «Музыкальные истории для всей семьи», где дети слушают сказки в сочетании музыкой…

— Я взялась за неё шесть лет назад. Идея витала в воздухе: готовить филармоническую публику с младых ногтей. В общем, задала себе задачу. Это ж надо было минимум четыре новых темы в год выдавать на-гора. А для того, чтобы оркестр в этом участвовал, нужно было выбирать то, что есть в его репертуаре, и то, что подходит к этим сказкам или историям, которые я сама придумала. Всякий раз с ужасом думаю: как я это сделаю? Но когда всё удаётся, вспоминаю классика: ай да Пушкин, ай да сукин сын!

С классиком на дружеской ноге

— Как правило люди высокой культуры изначально обязаны своим «университетам» родителям. Всё начинается с семьи…

— Это правда. С юных лет, как только детей начинают пускать в театр, мама меня начала водить на оперы, которые привозили в Оренбург гастролирующие театры, мы посещали с ней музыкальные лектории. Музыка меня захватила. Я не могла дождаться, когда мне исполнится восемь лет, чтобы меня отдали в музыкальную школу. Родители люди не творческих профессий. Что называется, техническая интеллигенция. Мама работала инженером на машзаводе, папа – на заводе свёрл. Но мама, на минуточку, вела факультатив по изобразительному искусству. У нас дома были книги по искусству, альбомы с шедеврами Дрезденской и Третьяковской галерей, Русского музея, Эрмитажа. Кстати, я хорошо рисовала и хотела записаться ещё и в художественную школу. Но мама сказала: будет трудно. Что касается музыки: семья папы была очень музыкальной. Бабушка пела в церковном хоре. Мой двоюродный дедушка вообще был человек-оркестр. Играл на скрипке, баяне, ударных инструментах, гитаре. У папы был великолепный баритон. Ему даже советовали поступать в консерваторию. Но у него уже была семья. Мамочка тоже пела замечательно. В общем, все обладали музыкальным слухом.  И я точно знала, что после восьмого класса уйду в музучилище — на теорию музыки. Когда стала работать в филармонии, поняла, что глубоко в музыковедении мне копаться не нужно. А нужно учиться чтецким навыкам, умению общаться с аудиторией, выстраивать композицию. Поэтому поступила на факультет театральной режиссуры в Челябинский институт культуры, сейчас это академия культуры и искусства. А потом просто освоение чего-то нового – это так увлекательно. Я читала все книжки по истории театра, все монографии наших корифеев сцены, участвовала в музыкальном оформлении всех постановок курса. Куратор даже рекомендовала мне работать в драматическом театре.

— Во время поездки в Италию вы попали на оперу в Ла Скала. Как впечатление?

— Попала я туда случайно. Купила с рук билеты. По тем временам недорого – за 100 евро. Тогда евро стоил 30 рублей. Давали «Богему» в постановке Дзеффирелли. Сидела на верхнем ярусе, на расстоянии вытянутой руки – люстра. Прямо передо мной – столб. Сиденье узкое, без подлокотников. Перекупщик, конечно, соврал. Продавая билет, показал на картинке красивую ложу. Но я всё равно была очень довольна. Акустика хорошая. Перевод мне не нужен был: сюжет известен. И самое главное, я была не в кроссовках и шортах, а в вечернем наряде. Как положено. В общем, комильфо. Не ударила в грязь лицом.

Тихая охота

— Помнится, когда мы ехали в Орск на концерт оперного певца Ильдара Абдразакова, вы вязали кружевные салфетки. Кто научил вас рукоделию?

— Это от мамы. Она и вязала, и шила. И меня учила. К шитью я не прикипела. А вот вязать могу. Раньше много вязала. Но сейчас в этом нет нужды. Ну, если только какие-то кружевные сувенирчики. Обучила свою племянницу. Она меня переплюнула. Вяжет костюмы, скатерти, купальники.

— А стихи не пишете?

— Пишу. Но это не поэзия, а рифмованные строчки к событиям, датам. Рифмую и дарю коллегам и друзьям. И к своим дням рождения сочиняю что-нибудь — то шутливое, то лирическое, то философское – в зависимости от настроения. (Улыбается) Говорят, могу писать за деньги – на заказ.



Отправить ответ

Войти с помощью: 
avatar
  Подписаться  
Уведомление о